Отношение к богатству в России: очевидности и парадоксы

19 Февраля 2015

Как относятся в нашей стране к богатству и богатым? На этот счет существует несколько стереотипов – столь устойчивых и распространенных, что и повторять неловко. Едва ли не поголовное стремление молодежи, да и среднего поколения к обогащению? «Общеизвестный» факт, вызывающий скорбь у одних и надежды – у других. Едва ли не всеобщая неприязнь к богатым? Не менее «общеизвестный» факт, легко иллюстрируемый примерами из фольклора и «из жизни», – и тоже радующий одних и печалящий других.

А как сочетаются, уживаются эти общеизвестные факты, нет ли между ними противоречия? И так ли уж достоверны общепринятые представления относительно этого аспекта картины мира россиян?

Обратимся к данным опроса ФОМа. Многое в них наверняка покажется читателю самоочевидным, но, полагаю, далеко не все. А тема эта, злободневная всегда, в периоды экономических потрясений приобретает особую актуальность.

Начнем с того, что богатство вовсе не воспринимается нашими согражданами как нечто недостижимое: 14% опрошенных высоко оценивают свои шансы стать богатыми людьми, еще 31% также полагают, что шансы у них есть, хотя и считают их невысокими. Убеждены, что разбогатеть им не дано, лишь 45% респондентов (см. табл. 1), причем такая уверенность преобладает среди пожилых – что совершенно естественно. Молодые же – и даже люди «первого среднего» возраста – в подавляющем большинстве допускают возможность разбогатеть, и более того, нередко считают это весьма вероятным (мнение 30% молодых и 18% граждан в возрасте 31–45 лет).

ТАБЛИЦА №1. ДАННЫЕ В % ОТ ГРУПП
Население в целом Возраст, лет
18 –30 31–45 46–60 старше 60
Вы допускаете или исключаете, что станете богатым человеком? Если да, то вероятность стать богатым для вас велика или мала?
Исключаю 45 15 26 63 83
Велика 14 30 18 4 2
Мала 31 36 42 29 12
Затрудняюсь ответить 9 17 14 4 1

Оговоримся: мы не стали спрашивать, где именно, на какой ступени лестницы материального благополучия начинается, по мнению наших сограждан, зона богатства, какой именно доход или какая собственность позволяют считаться богатым. Такие вопросы в массовых опросах задавались многократно (в том числе и ФОМом), но здесь мы сочли неуместным подталкивать респондентов к размышлениям о границах богатства; в контексте разговора об отношении к нему целесообразнее адресоваться к спонтанно возникающим, недифференцированным представлениям о «богатых людях». Однако по косвенным признакам можно заключить, что респонденты не склонны ни относить к их числу любого, кто хоть ненамного состоятельнее «среднестатистического» россиянина, ни поднимать планку на совсем уж заоблачные вершины.

С одной стороны, самих себя считают богатыми лишь 1% опрошенных (бедными – 17% респондентов; а подавляющее большинство, 78% – людьми со средним достатком). Кстати, ни о шансах на обогащение, ни о желании стать богатыми этих респондентов, разумеется, не спрашивали (поэтому сумма ответов в табл. 1 и 2 – менее 100%). С другой стороны, ровно половина опрошенных (50%) говорят, что среди их знакомых есть богатые люди, и очевидно, что речь идет отнюдь не об олигархах. Среди молодежи, граждан с высшим образованием, жителей мегаполисов (но не Москвы) доля имеющих богатых знакомых существенно выше – 63, 61 и 62% соответственно.

Чуть больше половины опрошенных, 52%, хотели бы, по их словам, стать богатыми, причем чем респонденты моложе, тем более они склонны выражать такое желание (см. табл. 2). Чаще прочих демонстрируют его обладатели высшего образования (61%), жители мегаполисов и иных крупных городов (57–58%).

ТАБЛИЦА №2. ДАННЫЕ В % ОТ ГРУПП
Население в целом Возраст, лет
18 –30 31–45 46–60 старше 60
А вы бы хотели или не хотели стать богатым человеком?
Хотел(-а) бы 52 71 57 43 33
Не хотел(-а) бы 42 24 35 53 59
Затрудняюсь ответить 5 3 7 4 6

Стоит отметить, что желание разбогатеть и вера в то, что это достижимо, тесно связаны. Среди полагающих, что их шансы стать богатыми велики, хотят этого 79% (не хотят – лишь 18%), что малы – 65% (против 33%). А среди тех, кто исключает возможность разбогатеть, лишь 35% говорят, что хотели бы этого (против 60%). Естественно предположить поэтому, что некоторые люди «отказываются» от богатства именно из-за его недостижимости – как эзопова лисица от винограда.

Но даже если не брать это в расчет, распределение ответов определенно говорит о том, что стремление к богатству сегодня в России и широко распространено, и вполне легитимно. О последнем, кстати, свидетельствуют и ответы тех, кто не хотел бы разбогатеть, на открытый вопрос о том, чем вызвано отсутствие такого желания. Чаще всего респонденты говорят, что не хотят проблем, ответственности, беспокойства, сопряженных, по их мнению, с богатством – этот мотив звучит в ответе каждого третьего «бессребреника» (14% от всех опрошенных): «это лишние проблемы», «потому что это обуза», «большие риски во всем», «большие деньги – большие заботы», «хочу спать спокойно», «это накладывает обязательства», «богатым живется тяжелее». Многих (9%) просто устраивает их нынешний, привычный уровень жизни: «достаточно того, что есть», «меня устраивает, как я живу», «зачем мне это надо?», «меня устраивает мое положение», «не жили богато – и начинать не надо», «я себя не представляю богатой».

Гораздо реже в высказываниях респондентов звучит отчетливое неприятие, осуждение богатства (5%): «деньги портят людей», «богатство губит человека», «богатство – это искушение», «от богатства все зло», «деньги съедают человека», «богатый человек теряет душу».

Кроме того, респонденты объясняют свое нежелание богатеть и установкой на «средний достаток» (3%), и преклонным возрастом (3%), и тем, что «не в деньгах счастье» (3%), и тем, что быть богатыми, по их мнению, неинтересно, скучно (3%), и, между прочим, отсутствием у них шансов на богатство (2%). Изредка в этих высказываниях можно расслышать нотки не то чтобы осуждения, но некоторого пренебрежения к богатству и тем, кто его жаждет. Однако в целом большинство тех, кто не выражает стремления разбогатеть, явно не склонны рассматривать противоположную позицию как ущербную, недостойную.

Но какие личностные качества либо внешние обстоятельства позволяют людям достичь богатства? Ответы респондентов на открытый вопрос «Кто, какие люди, на Ваш взгляд, имеют больше всего шансов стать богатыми?» дают возможность реконструировать образы богатого человека, бытующие в массовом сознании. Отметим, что лишь 9% опрошенных ничего не ответили (это очень мало для открытого вопроса), и многие не ограничились одним суждением (поэтому сумма ответов превышает 100%) – верный признак живой заинтересованности участников опроса.

Чаще всего респонденты говорят, что богатыми становятся целеустремленные, активные, настойчивые (19%): «люди пробивные», «целеустремленные», «деятельные», «шустрые», «инициативные, энергичные», «предприимчивые», «кто будет добиваться», «кто умеет крутиться», «которые увлечены своей идеей». Ответы вполне ожидаемые, напрашивающиеся. И, заметим, в большинстве случаев не имеющие отчетливой эмоциональной окраски. Как и близкие по смыслу высказывания тех (6%), кто уверен, что разбогатеть может «любой, если он этого захочет», что все зависит от желания: «кто хочет стать богатым, кто стремится», «с большими амбициями», «надо иметь желание», «кто настроен на это».

Многие считают, что наилучшие шансы стать богатыми – у людей трудолюбивых (13%): «кто много трудится», «работящие люди», «работать надо – будешь богатым», «кто не ленится работать», «кто не ставит лайки в интернете, а кто начинает пахать». Столь же часто (13%) перспектива разбогатеть увязывалась с умом, мудростью: «у кого голова хорошо работает», «с умом, мудрые», «которые быстро соображают», «у кого есть мозги». Довольно многие упоминают и такой ресурс, как образование (8%): «которые получили хорошее образование», «с высшим образованием», «человек знающей, экономически грамотный», «много учился чему-то». Реже – предпринимательские способности (4%): «должна быть жилка коммерсанта», «деловые, с деловым складом ума», «умеют развивать бизнес, двигать науку, предпринимателем быть». Было бы преувеличением утверждать, что во всех этих и подобных репликах прочитывается глубокое почтение к богатым людям, но в целом тут преобладает представление, согласно которому богатство приходит к тем, кто его так или иначе заслуживает.

Нередко звучит и прямо противоположное мнение – богатыми становятся люди бессовестные, наглые, вороватые, с криминальными наклонностями (13%): «у кого нет совести: ворье и бандиты», «негодяи, которым все равно, у которых нет принципов», «не те, которые работают, а которые могут украсть», «аферисты, жулики», «которые по головам ходить могут», «жестокие», «наглые», «ворье», «хитрые – чрезмерно хитрые, нехорошо хитрые».

Некоторые – и их немало (7%) – полагают, что главное – удача: «это зависит от случая и от путеводной звезды», «везучие», «удачливые», «человек, который окажется в нужное время в нужном месте», «как карта ляжет, судьба».

Но намного чаще респонденты сообщали, что наилучшие шансы стать богатыми – у тех, кто… и так богат (16%). Формулировалась эта – на первый взгляд, странная – мысль по-разному. Одни говорили просто: «богатые», «у кого деньги есть», «у кого финансов больше», «которые уже богаты». И таких ответов – довольно много. Другие уточняли: речь идет о стартовом капитале («у кого есть начальный капитал», «зависит от стартового капитала»), о наследстве или поддержке родителей («дети богатых людей», «у кого отцы – начальники», «кто родился с деньгами», «кому досталось от родителей по наследству», «у кого есть золотая ложка во рту»). А третьи декларировали принцип «деньги – к деньгам»: «уже богатые могут стать еще богаче», «бедные не будут богатыми». Собственно, суть всех этих многочисленных и разнообразных реплик – именно в этом: в отличие от тех, кто приписывает повышенные шансы на обогащение индивидуальным заслугам или порокам потенциальных богачей (будь то целеустремленность, трудолюбие или аморальность), эти респонденты убеждены, что решающую роль играет социально-имущественная (то ли классовая, то ли сословная) дифференциация.

Кроме того, довольно часто респонденты обращали внимание на такие способствующие обогащению факторы, как наличие связей («у кого есть блат сверху», «люди со связями», «у кого больше знакомств» – 6%) и причастность или приближенность к власти («кто ближе к власти», «чиновники», «работающие на руководящих должностях», «кто у власти, тот и богат» – 4%).

Разумеется, в тех случаях, когда ответы явно несут оценочную окраску, их распределение довольно сильно варьирует в зависимости от того, помышляют ли сами респонденты о присоединении к числу богатых. Например, почти каждый третий (31%) из тех, что считают свои шансы на обогащение большими, акцентирует внимание на целеустремленности, настойчивости потенциальных богачей, тогда как лишь 5% из них говорят о беспринципности, наглости, нечестности последних, и лишь 8% – о значении «стартовых позиций». Среди тех, кто исключает для себя возможность стать богатыми, первое из названных мнений выражают 14%, а второе и третье – по 20%. Но во многих случаях (когда, например, речь идет о роли ума, образования или связей) различия ничтожны.

И вот тут мы подходим, по сути, к ключевому вопросу – о том, как расценивается нашими согражданами влияние богатства на человеческие качества его обладателей. Иначе говоря – о том, в какой мере в отечественном массовом сознании сохраняется и воспроизводится критическое отношение к богатым. Как выясняется, почти две трети опрошенных убеждены, что «богатство обычно портит людей» (см. табл. 3); молодежь, как нетрудно догадаться, в меньшей мере склонна разделять это мнение, чем старшие, но и в младшей возрастной когорте оно ощутимо преобладает над противоположным. Люди с высшим образованием, а также жители мегаполисов менее категоричны, чем прочие, но и в этих социально-демографических группах абсолютное большинство опрошенных (51 и 52% соответственно) согласны, что богатство способствует развитию худших качеств.

ТАБЛИЦА №3. ДАННЫЕ В % ОТ ГРУПП

Население в целом Возраст, лет
18 –30 31–45 46–60 старше 60
Вы согласны или не согласны с тем, что богатство обычно портит людей, способствует развитию их худших качеств?
Согласен(-а) 63 55 61 63 73
Не согласен(-а) 31 41 34 28 21
Затрудняюсь ответить 6 4 6 8 6

И даже среди респондентов, считающих, что они имеют хорошие шансы стать богатыми, 50% разделяют мнение о разрушительном влиянии богатства (а 47% – не согласны с ним). Что касается тех, кто исключает для себя возможность стать богатым, в этой группе данное мнение преобладает безоговорочно (71 против 22%).

Кстати, трудно было удержаться от соблазна задать респондентам «симметричный» вопрос о влиянии бедности. Мнение, согласно которому бедность способствует развитию в людях худших качеств, также разделяют довольно многие – 38%, но большинство его отвергает. Причем молодые соглашаются с ним, как и с мнением о тлетворном влиянии богатства, значительно реже, чем пожилые (см. табл. 4). Видимо, молодежь вообще в меньшей мере склонна верить, что «бытие определяет сознание», а экономическое положение – будь то богатство или бедность – способно портить людей.

ТАБЛИЦА №4. ДАННЫЕ В % ОТ ГРУПП

Население в целом Возраст, лет
18 –30 31–45 46–60 старше 60
А с тем, что бедность обычно портит людей, способствует развитию их худших качеств, вы согласны или не согласны?
Согласен(-а) 38 28 37 44 45
Не согласен(-а) 56 67 59 50 46
Затрудняюсь ответить 6 5 4 6 9

Совместив ответы на два вопроса, обнаруживаем: 27% наших сограждан уверены, что людей портят и богатство, и бедность, а 21% – что ни богатство, ни бедность не оказывают на них такого влияния. В первой позиции можно усмотреть апологию «золотой середины», во второй – неприятие экономического детерминизма. Сравнительно немногие (9%), полагают, что бедность стимулирует развитие худших качеств, а богатство – нет. Но самая распространенная точка зрения – ее разделяют 33% россиян – состоит в том, что именно богатство провоцирует развитие худших качеств, тогда как бедность людей не портит (остальные участники опроса затруднились с ответом хотя бы на один из двух вопросов). Как видим, бедность, в полном соответствии с фольклором, гораздо реже ассоциируется с пороком, чем богатство.

Но вернемся к последнему. Только треть респондентов (35%) сказали, что им не доводилось лично наблюдать по своим знакомым, как люди меняются под влиянием богатства, а 60% такие изменения заметили (остальные с ответом затруднились). Причем только 8% опрошенных сказали, что чаще наблюдали перемены к лучшему, а 52% – что к худшему. Внимательный читатель удивится: если только 50% участников опроса сказали, что среди их знакомых встречаются богатые люди, то как могло получиться, что изменения, происшедшие под влиянием богатства, заметили, опять же, у своих знакомых 60% респондентов? Действительно, большинство отрицавших наличие богатых в кругу своих знакомых сообщили, тем не менее, о таких переменах (51% – о негативных, 3% – о позитивных). Формальная логика тут, безусловно, нарушается, но психологический рисунок этой коллизии вполне прозрачен: многие отрицательно отвечали на вопрос, есть ли среди их знакомцев богатые люди, «исключая» из этого круга не близких и не слишком симпатичных им персонажей, но положительно – на вопрос об опыте наблюдений за разбогатевшими людьми, поскольку в первом случае слово «знакомый» прочитывается едва ли не как «приятель», а во втором – обретает значение «известный вам человек». Не одно и то же.

Особо стоит отметить, что даже среди респондентов, в принципе отрицающих тезис о том, что «богатство портит людей» (как мы помним, 31% от всех опрошенных), почти половина, 45%, замечали влияние богатства на своих знакомых. И даже они – чаще негативное (27% этой группы), чем позитивное (19%).

Немногочисленные участники опроса, наблюдавшие положительные изменения в людях под влиянием богатства, говорили по преимуществу о доброте, милосердии этих богатых, об их готовности помочь (4% от всех опрошенных) или о внимательности в отношениях с окружающими (2%).

Что же касается изменений негативных, то почти половина из числа заметивших их (24% от всех опрошенных) говорили о высокомерии, заносчивости, появляющихся под влиянием богатства: «они уже носы задирают», «высокомерие, заносчивость, пальцы веером», «надменность», «снобизм, высокомерие», «важничают», «зазнаются», «чванство», «тщеславие», «брезгливость начинается, считают себя хозяевами жизни», «корону на башку напялил и пошел: из грязи в князи, и не хочет знать никого».

По сути, в большинстве высказываний других респондентов, отметивших пагубные следствия обогащения, речь также идет о высокомерии в отношении окружающих – точнее, о наиболее распространенных проявлениях такого высокомерия. Многие (11%) замечали, как люди, обретшие богатство, разрывали прежние связи: «переставали здороваться», «забывают друзей, которые им не ровня», «человек изолировал себя от общения со своим прежним кругом людей», «становясь богатым, человек забывает, как тебя зовут. И таких примеров много». Другие (9%) отмечали, что у разбогатевших людей нередко меняется социальная оптика: «человек перестает понимать людей, которые беднее его» («сытый голодного не разумеет, они не верят в трудности других», «наш русский человек начинает не замечать тех, которые живут бедно»).

Кроме того, многие (9%) констатировали, что разбогатевшим людям нередко свойственна жадность («им постоянно хочется большего», «у них появляется алчность, злость и жажда постоянной наживы», «жаднее становятся», «не стало других интересов, кроме денег»), реже отмечались такие спровоцированные богатством пороки как эгоизм, безразличие к окружающим («не протянет руку помощи», «человек становится более черствым», «эгоизм проявляется» – 3%), замкнутость, недоверчивость («люди стараются изолироваться», «человек перестает доверять окружающим», «заборы высокие» – 3%), озлобленность («как волки друг на друга», «агрессивней стал», «стал кусаться» – 2%).

Уточним: респонденты, строго говоря, всего лишь делятся своими житейскими наблюдениями, не утверждая, что подобные перемены происходят с разбогатевшими людьми всегда или в большинстве случаев. Но очевидно, что представления о типичной личностной трансформации, спровоцированной обогащением, формируются во многом именно этими наблюдениями.

Итак, и стремление к богатству, и антипатия к разбогатевшим, подпитываемая к тому же собственным жизненным опытом, присущи большинству россиян. Естественно, нередко эти настроения разделяются одними и теми же людьми: 28% участников опроса заявили одновременно и о том, что хотели бы стать богатыми, и о том, что «богатство портит людей». В действительности такое сочетание установок, несомненно, распространено шире. Ведь некоторые респонденты «утаили» свое желание разбогатеть потому, что сочли его неосуществимым, – иногда, как мы видели, об этом говорилось открытым текстом, но кто-то наверняка предпочел дать иное, не столь простодушное объяснение. А некоторые – не стали говорить о негативном влиянии богатства именно во избежание противоречий: потому, что ранее сами же признались в стремлении к нему (напомним, более четверти респондентов, не согласных с тем, что богатство портит людей, наблюдали, по их словам, как «портились» их собственные знакомые). Так что в реальности такая комбинация логически противоречащих друг другу установок присуща уж никак не менее чем трети россиян. Причем молодым она свойственна в значительно большей мере, чем пожилым.

Является ли это противоречие новым для отечественного массового сознания – следствием исторических перемен, произошедших в постсоветскую эпоху? Сомневаюсь. Иное дело, что оно стало доступным наблюдению. С одной стороны, стремление к богатству было легитимировано (не столько даже в 90-е, сколько в «нулевые») и его перестали скрывать – и от себя, и от посторонних, включая интервьюеров. С другой стороны, с усилением имущественной дифференциации примеры «порчи», сопровождающей даже весьма умеренное обогащение, стали достаточно наглядными и многочисленными, чтобы актуализировать и подкрепить давнее предубеждение.

Но каковы бы ни были социокультурные и психологические истоки этой (на мой взгляд, очень давней) двойственности в восприятии богатства, сама по себе ситуация, когда стремление к нему и усилия, направленные на его достижение, воспринимаются людьми по преимуществу позитивно, тогда как успехи на этом пути встречаются с настороженностью и неприязнью, «по определению» несет в себе определенные риски. Ведь обычно легитимность процесса предполагает и легитимность результата, не правда ли?

материалы
Молодежь в своих ориентирах и ценностях неоднородна, и главным фактором различий является возраст человека: чем он моложе, тем менее прагматичен и больше привержен романтическим идеалам
Не хотят никуда переезжать из своего села или города 60% молодых россиян, 36% переехать хотели бы (4% не знают, что сказать). Жить в другую эпоху предпочли бы пятая часть людей до 30 лет
Новая инфографика ФОМ по результатам опроса ФОМ и Добро Mail.ru о помощи взрослым людям
64% россиян считают, что стабильности в России нет, 27% – что стабильность есть. При этом 41% опрошенных уверены, что страна в застое, не развивается, а 47% признаков застоя не видят, а видят развитие
В 2015 году Добро mail.ru и ФОМ провели опрос о практиках помощи и готовности помогать взрослым. Результаты – в новой инфографике
Комментарии
Добавить комментарий

Комментарии отсутствуют